31 декабря 2019

⏳ 2019.12.31 (вт)
? день постный

? подвижный годовой круг:
• 29я седмица (неделя) после Пятидесятницы (глас 3й)
• вторник

☀️ неподвижный годовой круг:
• 31 декабря (18 декабря)
• Рождественский пост
• мчч. Севастиана Медиоланского и дружины его: Никострата, мц. Зои, мч. Кастория, сщмчч. Транквиллина, Маркеллина и Марка, мчч. Клавдия, Симфориана, Викторина, Тивуртия, Кастула (ок. 287)
• свт. Модеста Иерусалимского (633–634)
• прп. Флора Амийского (VII)
• прп. Михаила Сингелла (ок. 845)
• прп. Даниила Пустынника (?)
• прп. Севастиана Сохотского, Пошехонского (ок. 1500)
• прославление прав. Симеона Верхотурского (Меркушинского) (1694)
• мч. Виктора (Матвеева) (1937)
• сщмчч. Фаддея (Успенского), Николая (Клементьева), Илии (Бенеманского), Иоанна (Миронского), Владимира (Преображенского), Николая (Кобранова) (1937)
• сщмч. Сергия (Астахова), мц. Веры (Трукс) (1942)

☦️
Свя­той му­че­ник Се­ва­сти­ан ро­дил­ся в го­ро­де Нар­боне (Гал­лия), а об­ра­зо­ва­ние по­лу­чил в Ме­дио­лане. При им­пе­ра­то­рах-со­пра­ви­те­лях Дио­кли­ти­ане и Мак­си­ми­ане (284–305) он за­ни­мал долж­ность на­чаль­ни­ка двор­цо­вой стра­жи. Свя­той Се­ва­сти­ан поль­зо­вал­ся ав­то­ри­те­том и лю­бо­вью у во­и­нов и при­двор­ных, ибо был че­ло­ве­ком храб­рым, ис­пол­нен­ным пре­муд­ро­сти, прав­ди­вым в сло­вах, спра­вед­ли­вым в су­де, преду­смот­ри­тель­ным в со­ве­те, вер­ным на служ­бе и во всех по­ру­че­ни­ях. Бу­дучи сам тай­ным хри­сти­а­ни­ном, свя­той мно­го по­мо­гал бра­тьям по ве­ре. За­то­чен­ные в тем­ни­цу бра­тья-хри­сти­ане Мар­кел­лин и Марк, сна­ча­ла твер­до ис­по­ве­до­вав­шие ис­тин­ную ве­ру, под вли­я­ни­ем слез­ных уго­во­ров сво­их ро­ди­те­лей-языч­ни­ков (от­ца Тран­квил­ли­на и ма­те­ри Мар­кии), жен и де­тей по­ко­ле­ба­лись в сво­ем на­ме­ре­нии по­стра­дать за Хри­ста. Свя­той Се­ва­сти­ан при­шел к цар­ско­му каз­но­хра­ни­те­лю, в до­ме ко­то­ро­го со­дер­жа­лись в за­клю­че­нии Мар­кел­лин и Марк, и про­из­нес вдох­но­вен­ную про­по­ведь.
«Доб­лест­ные во­и­ны Хри­сто­вы! Не бро­сай­те зна­ме­ни ва­ших по­бед ра­ди жен­ских слез и не да­вай­те ослаб­ле­ния низ­ло­жен­но­му под ва­ши но­ги вра­гу, дабы он, по­лу­чив опять си­лу, не на­чал с ва­ми борь­бу. Воз­двиг­ни­те же над зем­ны­ми при­стра­сти­я­ми слав­ную хо­ругвь ва­ше­го по­дви­га. Ес­ли бы те, ко­го вы ви­ди­те пла­чу­щи­ми, зна­ли, что есть дру­гая жизнь – бес­смерт­ная и без­бо­лез­нен­ная, в ко­то­рой цар­ству­ет непре­ста­ю­щая ра­дость, то непре­мен­но по­же­ла­ли бы вой­ти в нее с ва­ми и, пре­зи­рая вре­мен­ную жизнь, ста­ра­лись бы по­лу­чить веч­ную. Кто не хо­чет быть слу­жи­те­лем веч­ной жиз­ни, тот и эту вре­мен­ную жизнь по­гу­бит на­прас­но».
Свя­той Се­ва­сти­ан убе­дил бра­тьев ид­ти на му­че­ни­че­ский по­двиг. Речь его по­тряс­ла всех при­сут­ство­вав­ших. Они уви­де­ли, что ли­цо свя­то­го си­я­ет, как у Ан­ге­ла, явив­ши­е­ся семь Ан­ге­лов об­лек­ли его в свет­лую одеж­ду, а Пре­крас­ный Юно­ша бла­го­сло­вил про­по­вед­ни­ка и ска­зал: «Ты все­гда бу­дешь со Мною». Же­на цар­ско­го каз­но­хра­ни­те­ля Ни­ко­стра­та, Зоя, 6 лет на­зад по­те­ряв­шая дар ре­чи, при­па­ла к но­гам свя­то­го Се­ва­сти­а­на и зна­ка­ми про­си­ла ис­це­лить ее. Свя­той осе­нил жен­щи­ну крест­ным зна­ме­ни­ем, – она тот­час же за­го­во­ри­ла и про­сла­ви­ла Гос­по­да Иису­са Хри­ста и ска­за­ла, что ви­де­ла Ан­ге­ла с рас­кры­той кни­гой, по ко­то­рой свя­той Се­ва­сти­ан чи­тал свою про­по­ведь. То­гда все при­сут­ство­вав­шие уве­ро­ва­ли в Спа­си­те­ля ми­ра. Ни­ко­страт снял око­вы с Мар­кел­ли­на и Мар­ка и пред­ло­жил им скрыть­ся, но бра­тья от­ка­за­лись.
Марк ска­зал: «Пусть тер­за­ют на­ши те­ла лю­бы­ми му­ка­ми; они мо­гут убить те­ло, но ду­шу, во­ин­ству­ю­щую за ве­ру, по­бе­дить не в си­лах». Ни­ко­страт и его су­пру­га про­си­ли Кре­ще­ния. Свя­той Се­ва­сти­ан по­со­ве­то­вал Ни­ко­стра­ту устро­ить так, чтобы Кре­ще­ние со­вер­ши­лось над воз­мож­но боль­шим чис­лом лю­дей. То­гда Ни­ко­страт по­про­сил на­чаль­ни­ка тю­рем Ри­ма, Клав­дия, при­слать к нему в дом всех за­клю­чен­ных. Бе­се­дуя с уз­ни­ка­ми, Се­ва­сти­ан убе­дил­ся, что все они до­стой­ны Кре­ще­ния, и при­звал пре­сви­те­ра По­ли­кар­па, ко­то­рый при­го­то­вил их к та­ин­ству огла­си­тель­ным сло­вом, пред­пи­сал им по­стить­ся, на­зна­чив со­вер­ше­ние та­ин­ства на ве­чер.
В это вре­мя Клав­дий из­ве­стил Ни­ко­стра­та, что его вы­зы­ва­ет рим­ский епарх Агре­стий Хро­ма­тий для объ­яс­не­ния, по ка­кой при­чине в его до­ме со­бра­ны уз­ни­ки. Ни­ко­страт рас­ска­зал Клав­дию об ис­це­ле­нии сво­ей же­ны, и тот при­вел к свя­то­му Се­ва­сти­а­ну сво­их боль­ных сы­но­вей, Сим­фо­ри­а­на и Фе­лик­са. Ве­че­ром свя­щен­ник По­ли­карп кре­стил Тран­квил­ли­на, его род­ных и дру­зей, Ни­ко­стра­та и его се­мью, Клав­дия и его сы­но­вей, а так­же 16 осуж­ден­ных уз­ни­ков. Все­го но­во­кре­щен­ых бы­ло 64 че­ло­ве­ка.
Пред­став пе­ред епар­хом Хро­ма­ти­ем, Ни­ко­страт рас­ска­зал ему, как свя­той Се­ва­сти­ан об­ра­тил их в хри­сти­ан­скую ве­ру и мно­гих ис­це­лил от бо­лез­ней. Сло­ва Ни­ко­стра­та убе­ди­ли епар­ха. Он при­звал к се­бе свя­то­го Се­ва­сти­а­на и пре­сви­те­ра По­ли­кар­па, про­све­тил­ся от них и уве­ро­вал во Хри­ста. Вме­сте с Хро­ма­ти­ем при­ня­ли Свя­тое Кре­ще­ние его сын Ти­вур­тий и все до­мо­чад­цы. Ко­ли­че­ство но­во­про­све­щен­ных воз­рос­ло до 1400 че­ло­век. По со­ве­ту хри­сти­ан Хро­ма­тий оста­вил долж­ность епар­ха. В это вре­мя епи­ско­пом Ри­ма был свя­той Га­ий (впо­след­ствии па­па рим­ский, с 283 по 296 год; па­мять его 11 ав­гу­ста). Свя­ти­тель бла­го­сло­вил Хро­ма­тия, чтобы он уехал в свои по­ме­стья на юге Ита­лии вме­сте с пре­сви­те­ром По­ли­кар­пом. Хри­сти­ане, ко­то­рые бы­ли не в си­лах ид­ти на му­че­ни­че­ство, уеха­ли с ни­ми. Свя­щен­ник По­ли­карп был по­слан для утвер­жде­ния но­во­об­ра­щен­ных в ве­ре и со­вер­ше­ния Та­инств. Сын Хро­ма­тия, Ти­вур­тий, же­лал при­нять му­че­ни­че­ство и остал­ся в Ри­ме при свя­том Се­ва­сти­ане. Оста­лись так­же по­свя­щен­ный свя­ти­те­лем Га­и­ем в сан пре­сви­те­ра Тран­квил­лин, Мар­кел­лин и Марк, по­свя­щен­ные в диа­ко­ны, Ни­ко­страт, же­на его Зоя и брат Ка­сто­рий, Клав­дий, сын его Сим­фо­ри­ан и брат Вик­то­рин. Они со­би­ра­лись во двор­це им­пе­ра­то­ра у тай­но­го хри­сти­а­ни­на, са­нов­ни­ка Ка­сту­ла, но вско­ре для них на­ста­ло вре­мя по­стра­дать за ве­ру.
Пер­вой языч­ни­ки схва­ти­ли свя­тую Зою, мо­лив­шу­ю­ся у гроб­ни­цы апо­сто­ла Пет­ра. На су­де она му­же­ствен­но ис­по­ве­да­ла ве­ру во Хри­ста и по­чи­ла, по­ве­шен­ная за во­ло­сы над гни­ю­щи­ми от­бро­са­ми; те­ло ее бы­ло бро­ше­но в ре­ку Тибр. Явив­шись в ви­де­нии свя­то­му Се­ва­сти­а­ну, она со­об­щи­ла о сво­ей смер­ти. По­сле нее по­стра­дал пре­сви­тер Тран­квил­лин: его языч­ни­ки по­би­ли кам­ня­ми у гроб­ни­цы свя­то­го апо­сто­ла Пет­ра, а те­ло его так­же бро­си­ли в Тибр. Свя­тых Ни­ко­стра­та, Ка­сто­рия, Клав­дия, Вик­то­ри­на и Сим­фо­ри­а­на схва­ти­ли на бе­ре­гу ре­ки, ко­гда они отыс­ки­ва­ли те­ла му­че­ни­ков. Их при­ве­ли к епар­ху, и свя­тые от­ка­за­лись ис­пол­нить его по­ве­ле­ние – при­не­сти жерт­ву идо­лам. То­гда свя­тым му­че­ни­кам при­вя­за­ли кам­ни на шеи и уто­пи­ли в мо­ре. Свя­то­го Ти­вур­тия пре­дал лжехри­сти­а­нин Торк­ват. Не до­бив­шись от­ре­че­ния от Хри­ста, су­дья ве­лел по­ста­вить юно­го Ти­вур­тия на рас­ка­лен­ные уг­ли, но Гос­подь со­хра­нил его: Ти­вур­тий хо­дил по го­ря­щим уг­лям, не чув­ствуя жа­ра. Му­чи­те­ли обез­гла­ви­ли свя­то­го Ти­вур­тия. Неиз­вест­ный хри­сти­а­нин по­хо­ро­нил свя­то­го.
Торк­ват вы­дал так­же свя­тых диа­ко­нов Мар­кел­ли­на и Мар­ка и са­нов­ни­ка Ка­сту­ла. По­сле ис­тя­за­ний Ка­сту­ла бро­си­ли в ров и жи­во­го за­сы­па­ли зем­лей, а Мар­кел­ли­ну и Мар­ку при­гвоз­ди­ли но­ги к пню. Они про­сто­я­ли всю ночь в мо­лит­ве, а утром их прон­зи­ли ко­пья­ми
По­след­ним был взят на му­че­ния свя­той Се­ва­сти­ан. Его до­пра­ши­вал лич­но им­пе­ра­тор Дио­кли­ти­ан и, убе­див­шись в непо­ко­ле­би­мо­сти свя­то­го му­че­ни­ка, при­ка­зал от­ве­сти его за го­род, при­вя­зать к де­ре­ву и прон­зить стре­ла­ми. Же­на са­нов­ни­ка Ка­сту­ла, Ири­на, при­шла но­чью, чтобы по­хо­ро­нить свя­то­го Се­ва­сти­а­на, но на­шла его жи­вым и при­нес­ла в свой дом. Свя­той Се­ва­сти­ан вско­ре из­ле­чил­ся от ран. Хри­сти­ане уго­ва­ри­ва­ли его уда­лить­ся из Ри­ма, но он от­ка­зал­ся. По­дой­дя к язы­че­ско­му хра­му, свя­той уви­дел на­прав­ляв­ших­ся ту­да им­пе­ра­то­ров и пуб­лич­но об­ли­чил их в нече­стии. Дио­кли­ти­ан при­ка­зал от­ве­сти свя­то­го му­че­ни­ка на ип­по­дром и каз­нить. Свя­то­го Се­ва­сти­а­на уби­ли, а те­ло его бро­си­ли в му­сор­ный ров. Свя­той му­че­ник в сон­ном ви­де­нии явил­ся хри­сти­ан­ке Лу­кине и по­ве­лел ей взять те­ло и по­хо­ро­нить в ка­та­ком­бах. Бла­го­че­сти­вая хри­сти­ан­ка с че­стью по­хо­ро­ни­ла те­ло свя­то­го.

☦️
Свя­ти­тель Мо­дест, патриарх Иеру­са­лим­ский, ро­дил­ся в Се­ва­стии Кап­па­до­кий­ской (Ма­лая Азия) в хри­сти­ан­ской се­мье. С юных лет он по­чув­ство­вал вле­че­ние к стро­гой ино­че­ской жиз­ни. Свя­той Мо­дест при­нял мо­на­ше­ский по­стриг. Впо­след­ствии он был на­сто­я­те­лем оби­те­ли свя­то­го Фе­о­до­сия Ве­ли­ко­го (ос­но­ва­на в IV в.) в Па­ле­стине. В то вре­мя на Си­рию и Па­ле­сти­ну (614 г.) на­па­ли вой­ска пер­сид­ско­го ца­ря Хоз­роя и, объ­еди­нив­шись с иуде­я­ми, пе­ре­би­ли 90 ты­сяч хри­сти­ан и раз­ру­ши­ли хри­сти­ан­ские хра­мы. Иеру­са­лим­ский пат­ри­арх За­ха­рия и мно­же­ство хри­сти­ан вме­сте с Кре­стом Гос­под­ним бы­ли взя­ты в плен. Свя­то­му Мо­де­сту бы­ло по­ру­че­но вре­мен­но управ­лять Иеру­са­лим­ской Цер­ко­вью в долж­но­сти ме­сто­блю­сти­те­ля пат­ри­ар­шей ка­фед­ры.
Свя­той Мо­дест с по­мо­щью Алек­сан­дрий­ско­го пат­ри­ар­ха Иоан­на Ми­ло­сти­во­го (па­мять 25 но­яб­ря) вос­ста­но­вил раз­ру­шен­ные хри­сти­ан­ские свя­ты­ни, в том чис­ле храм Гро­ба Гос­под­ня. Он с че­стью по­хо­ро­нил остан­ки уби­тых ино­ков из оби­те­ли свя­то­го Сав­вы Освя­щен­но­го. Через 14 лет воз­вра­тил­ся из пле­на с Кре­стом Гос­под­ним пат­ри­арх За­ха­рия. По­сле его кон­чи­ны свя­той Мо­дест был по­став­лен пат­ри­ар­хом Иеру­са­лим­ским. Свя­ти­тель Мо­дест скон­чал­ся 97-ми лет в 634 го­ду.
Ке­лия свя­то­го Мо­де­ста, пат­ри­ар­ха Иеру­са­лим­ско­го на св. го­ре Афон от­но­сит­ся к гре­че­ско­му мо­на­сты­рю Си­мо­на Пет­ра. Ве­ли­кую свя­ты­ню — гла­ву св. Мо­де­ста, хра­ня­щу­ю­ся в этом мо­на­сты­ре, при­но­сят в ке­лью ко дню па­мя­ти (па­ни­ги­ру) это­го свя­то­го.

☦️
Пре­по­доб­ный Флор, епи­скоп Амий­ский, сын хри­сти­ан Фло­ра и Ев­фи­мии, ко­то­рые да­ли ему хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние. Он по­сту­пил на при­двор­ную служ­бу к ви­зан­тий­ско­му им­пе­ра­то­ру и был воз­ве­ден в сан пат­ри­ция; же­нил­ся и имел де­тей. По­сле то­го, как же­на и де­ти его умер­ли от оспы, оста­вил мир и уда­лил­ся в пред­ме­стье Кон­стан­ти­но­по­ля, где вел уеди­нен­ную бла­го­че­сти­вую жизнь. Впо­след­ствии был из­бран епи­ско­пом Амий­ским (в Ма­лой Азии). Муд­ро управ­лял свя­ти­тель Флор сво­ей паст­вой и мир­но скон­чал­ся в на­ча­ле VII ве­ка.

☦️
Пре­по­доб­ный Ми­ха­ил ис­по­вед­ник ро­дил­ся в Иеру­са­ли­ме в се­мье рев­ност­ных хри­сти­ан и с мо­ло­дых лет по­свя­тил се­бя ино­че­ской жиз­ни. По­сле смер­ти от­ца мать и сест­ры свя­то­го Ми­ха­и­ла ушли в мо­на­стырь, а пре­по­доб­ный Ми­ха­ил был по­свя­щен в сан пре­сви­те­ра. Он сла­вил­ся как силь­ный про­по­вед­ник, по­это­му пат­ри­арх Иеру­са­лим­ский Фо­ма I при­бли­зил его к се­бе и воз­вел в зва­ние син­кел­ла (за­ве­ду­ю­щий де­ла­ми цер­ков­но­го управ­ле­ния). В то вре­мя цар­ство­вал им­пе­ра­тор ико­но­бо­рец Лев Ар­мя­нин (813–820). Пат­ри­арх по­слал к нему пре­по­доб­но­го Ми­ха­и­ла вме­сте со свя­ты­ми бра­тья­ми Фе­о­до­ром (па­мять 27 де­каб­ря) и Фе­о­фа­ном (па­мять 11 ок­тяб­ря), чтобы они убе­ди­ли ца­ря пре­кра­тить го­не­ния на пра­во­слав­ных. Им­пе­ра­тор под­верг свя­то­го Ми­ха­и­ла пыт­кам и по­слал в из­гна­ние. Вер­нув­шись из из­гна­ния, пре­по­доб­ный вновь по­стра­дал за по­чи­та­ние свя­тых икон от им­пе­ра­то­ра Фе­о­фи­ла (829–842). Спо­движ­ни­ки свя­то­го Ми­ха­и­ла, свя­тые Фе­о­дор и Фе­о­фан, под­верг­лись ис­тя­за­ни­ям: на ли­ца их бы­ли на­ло­же­ны рас­ка­лен­ные клей­ма с по­но­ся­щи­ми их над­пи­ся­ми. Они по­лу­чи­ли про­зви­ще «На­чер­тан­ных». Вновь осуж­ден­ный свя­той Ми­ха­ил со сво­им уче­ни­ком Иовом был со­слан в Па­вс­и­ад­ский мо­на­стырь. По­сле смер­ти Фе­о­фи­ла им­пе­ра­три­ца Фе­о­до­ра (842–855) вос­ста­но­ви­ла ико­но­по­чи­та­ние, вер­ну­ла со­слан­ных ико­но­бор­ца­ми хри­сти­ан и пред­ло­жи­ла свя­то­му Ми­ха­и­лу за­нять пат­ри­ар­ший пре­стол вме­сто низ­ло­жен­но­го ико­но­бор­ца Иоан­на Грам­ма­ти­ка. Но свя­той му­че­ник укло­нил­ся от это­го. На пат­ри­ар­ший пре­стол всту­пил свя­ти­тель Ме­фо­дий.
Свя­той Ми­ха­ил ис­по­вед­ник до кон­ца дней тру­дил­ся в долж­но­сти син­кел­ла. Скон­чал­ся мир­но око­ло 845 го­да.

☦️
Преподобный Даниил Пустынник (его также именуют Даниилом Отшельником или Даниилом Новым) родился в крестьянской семье, обитавшей в Северной Молдове. Народная память не сохранила точных дат жизни подвижника: год его появления на свет, равно как и год преставления, неизвестен. Несомненно одно — преподобный жил в XV веке. Родители нарекли своего сына Думитру, т.е. Димитрием. По всей видимости, небесным покровителем новорожденного стал великомученик Димитрий Солунский. Его почитание было чрезвычайно развито в славянских православных странах, в том числе и в Болгарии, откуда, скорее всего, распространилось в румынские земли. Иноческий путь Думитру начался в монастыре Рэдэуци, куда он поступил послушником. В XV столетии это была крупная и весьма уважаемая обитель, в ней вплоть до 1784 года располагалась кафедра буковинских епископов. Принятие в такой монастырь человека из низших социальных слоев является любопытным штрихом к характеристике духовной жизни эпохи. Очевидно, что молдавской церковной культуре Средневековья в ее социальном проявлении была свойственна апостольская простота и широта: простолюдин вполне мог подвизаться в крупном монастыре, где находилась резиденция архиерея. Для феодального строя Средних веков, основанного на замкнутости иерархических групп, это тем более примечательно.
Молодой послушник Думитру делал успехи на тернистой ниве служения Господу, и уже очень скоро его постригли в монашество с именем Давид. Аскетические запросы святого были настолько высоки, что даже жизнь в таком прославленном монастыре, как Рэдэуци, не давала ему душевного покоя, столь необходимого для молитвенного сосредоточения. Поэтому монах Давид решил удалиться в посвященный святому Лаврентию скит неподалеку от села Лаура. Предание связывает название села — Лаура то же самое, что и лавра, — с монашеским общежитием-лаврой, которое в незапамятные времена находилось на этом месте.
В скиту святой подвижник принял великую схиму, а вместе с ней и новое имя — Даниил. Возрастая на духовном поприще, преподобный Даниил еще больше тянулся к уединенной жизни. Согласно Житию святого, ради подвижнических трудов он поселился в малолюдной гористой местности на берег реки Вицеу (где сегодня находится румынское село Путна). Здесь, среди буковых лесов, давших название всему региону — Буковина, преподобный устроил в пещере небольшой храм. Крошечная келья святого сохранилась до нашего времени.
Слава о человеке часто летит впереди него, невзирая на то, хочет сам человек этого или нет. Так произошло и со святым Даниилом. Весть о старце-пустыннике быстро распространилась среди крестьян окрестных сел, они стали приходить к нему за советом и духовной помощью. Уединенная жизнь снова только грезилась преподобному, но окормление паствы, утешение ближнего — одно из служений монашествующих. Святой Даниил не мог отказывать тем, кто нуждался в его участии.
Вслед за помощью крестьянам пришла череда оказать помощь и сильным мира сего. Во время междоусобной борьбы в молдавской династии Мушатинов погиб правящий господарь Богдан II, и престол занял его брат Петр. Смертельная опасность грозила чудом спасшемуся сыну Богдана II Стефану. И неизвестно, как бы сложилась его судьба, не обрети он приют в келье святого Даниила. Во время их первой встречи подвижником было предсказано, что Стефан будет молдавским правителем. Так и произошло, сын Богдана II стал не только господарем, но и самым выдающимся политическим деятелем за все время существования Молдавского княжества. Он вошел в историю под именем Стефана III Великого.
Возглавив княжество, Стефан III неоднократно посещал преподобного Даниила. Судя по тому, какое влияние оказывал святой старец на господаря, речь может идти об отношениях духовного отца и его чада. Преподобный побудил молдавского правителя возвести монастырь Путна, который в Румынии называют «Румынским Иерусалимом», а затем благословил и создание Воронеца. В конце 1478 года, после преставления митрополита Молдавского Феоктиста I, святому Даниилу было предложено занять первосвятительский престол. Но смиренный подвижник отказался, как и «игумен земли Русской» преподобный Сергий Радонежский за 100 лет до него. Оба святых, ушедших из бренного мира ради сугубого служения Господу, не хотели даже частичного возвращения назад, что непременно произошло бы в случае занятия ими высокого поста митрополита. Святой Даниил уединился в пустынной местности на реке Воронец. Там он устроил новую келью под скалой Сойму. Сюда, к преподобному, снова потянулись люди. Подвижник собрал вокруг себя много учеников. Наибольшую известность среди них приобрел будущий митрополит Молдавский Григорий Рошка, также оставивший заметный след в истории Воронеца.
После кончины святой Даниил похоронен в церкви великомученика Георгия обители Воронец, где его мощи почивают до сих пор. В 1992 году Священный Синод Румынской Православной Церкви принял решение о канонизации иеросхимонаха Даниила Пустынника.

☦️
Пре­по­доб­ный Се­ва­сти­ан Со­хот­ский, По­ше­хон­ский, ос­но­вал мо­на­стырь в честь Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня на ре­ке Со­хо­ти в 90 вер­стах от го­ро­да Ро­ма­но­ва (ныне Ту­та­ев) Яро­слав­ской об­ла­сти. Ино­ки оби­те­ли са­ми об­ра­ба­ты­ва­ли зем­лю и пи­та­лись тру­да­ми рук сво­их. Это­му на­учил по­движ­ни­ков сво­им при­ме­ром и по­уче­ни­я­ми ос­но­ва­тель оби­те­ли. Пре­по­доб­ный Се­ва­сти­ан пре­ста­вил­ся око­ло 1500 го­да.
Пре­об­ра­жен­ская оби­тель на ре­ке Со­хо­ти бы­ла впо­след­ствии при­пи­са­на к Че­ре­по­вец­ко­му Вос­кре­сен­ско­му мо­на­сты­рю, а в 1764 го­ду упразд­не­на. В се­ре­дине XIX ве­ка над мо­ща­ми пре­по­доб­но­го Се­ва­сти­а­на был по­стро­ен ка­мен­ный храм.

☦️
Пра­вед­ный Си­ме­он Вер­хо­тур­ский ро­дил­ся в на­ча­ле XVII ве­ка в ев­ро­пей­ской ча­сти Рос­сии в се­мье бла­го­че­сти­вых дво­рян. По­ви­ну­ясь Бо­же­ствен­но­му во­ди­тель­ству, он оста­вил по­че­сти и зем­ное бо­гат­ство и уда­лил­ся за Урал. В Си­би­ри пра­вед­ный Си­ме­он жил как про­стой стран­ник, скры­вая свое про­ис­хож­де­ние. Ча­ще все­го он по­се­щал се­ло Мер­ку­шин­ское, на­хо­див­ше­е­ся неда­ле­ко от го­ро­да Вер­хо­ту­рья, где мо­лил­ся в де­ре­вян­ной церк­ви.
С бла­го­ве­сти­ем о Три­еди­ном Бо­ге, о веч­ной жиз­ни в Цар­стве Небес­ном пра­вед­ный Си­ме­он хо­дил по окрест­ным се­ле­ни­ям. Он не чуж­дал­ся и ино­вер­цев во­гу­лов, ко­рен­ных жи­те­лей это­го края, ко­то­рые по­лю­би­ли свя­то­го за его чи­стое жи­тие. С по­мо­щью бла­го­да­ти Бо­жи­ей пра­вед­ный Си­ме­он про­бу­дил в серд­цах во­гу­лов стрем­ле­ние к доб­ро­детель­ной жиз­ни. В дев­ствен­ной си­бир­ской тай­ге он пре­да­вал­ся Бо­го­мыс­лию, в каж­дом жи­вом су­ще­стве ви­дя неиз­ре­чен­ную пре­муд­рость «Со­тво­рив­ше­го вся».
По­движ­ник ни­ко­гда не оста­вал­ся празд­ным. Он хо­ро­шо умел шить шу­бы и, об­хо­дя се­ла, ра­бо­тал в до­мах у кре­стьян, не при­ни­мая за тру­ды ни­ка­ко­го воз­на­граж­де­ния. Чтобы из­бе­жать по­хвал за свою ра­бо­ту, пра­вед­ный Си­ме­он остав­лял ее неза­вер­шен­ной и ухо­дил от за­каз­чи­ков. За это ему при­хо­ди­лось пе­ре­но­сить оскорб­ле­ния и да­же по­бои, но он при­ни­мал их со сми­ре­ни­ем и мо­лил­ся о сво­их обид­чи­ках. Так он до­стиг со­вер­шен­но­го сми­ре­ния и нес­тя­жа­тель­ства.
Мно­го мо­лил­ся свя­той Си­ме­он об укреп­ле­нии в ве­ре но­вопро­све­щен­ных жи­те­лей Си­би­ри. Свою мо­лит­ву по­движ­ник со­еди­нял с по­дви­гом ко­ле­но­пре­клон­но­го сто­я­ния на камне в дре­му­чей тай­ге. В де­ся­ти вер­стах от Мер­ку­ши­на на бе­ре­гу ре­ки Ту­ры по­движ­ник имел уеди­нен­ное ме­сто, где ло­вил ры­бу. Но и здесь он про­яв­лял воз­дер­жа­ние: ры­бы он до­бы­вал ров­но столь­ко, сколь­ко тре­бо­ва­лось ему для днев­но­го про­пи­та­ния.
Бла­жен­ная кон­чи­на свя­то­го му­жа по­сле­до­ва­ла сре­ди ве­ли­ких по­дви­гов по­ста и мо­лит­вы. Скон­чал­ся он в 1642 го­ду и был по­гре­бен на Мер­ку­шин­ском по­го­сте у хра­ма Ар­хи­стра­ти­га Ми­ха­и­ла.
Гос­подь про­сла­вил Сво­е­го угод­ни­ка, ко­то­рый оста­вил все зем­ное ра­ди слу­же­ния Ему Еди­но­му. В 1692 го­ду, спу­стя 50 лет по­сле кон­чи­ны свя­то­го, жи­те­ли се­ла Мер­ку­шин­ско­го чу­дес­ным об­ра­зом об­ре­ли от­крыв­ше­е­ся нетлен­ное те­ло пра­вед­ни­ка, имя ко­то­ро­го они за­бы­ли. Вско­ре от явив­ших­ся мо­щей ста­ли со­вер­шать­ся мно­го­чис­лен­ные ис­це­ле­ния. Был ис­це­лен раз­би­тый па­ра­ли­чом че­ло­век, за этим по­сле­до­ва­ли и дру­гие ис­це­ле­ния. Мит­ро­по­лит Си­бир­ский Иг­на­тий (Рим­ский-Кор­са­ков, 1692–1700) по­слал лю­дей для осви­де­тель­ство­ва­ния фак­тов. Один из них, иеро­ди­а­кон Ни­ки­фор Ам­вро­си­ев, в пу­ти мо­лил­ся Бо­гу и неза­мет­но по­гру­зил­ся в лег­кую дре­мо­ту. Вдруг он уви­дел пе­ред со­бой че­ло­ве­ка в бе­лой одеж­де, сред­не­го воз­рас­та, во­ло­сы его бы­ли ру­со­го цве­та. Доб­рым взгля­дом он смот­рел на Ни­ки­фо­ра и на во­прос по­след­не­го: «Кто ты?» – явив­ший­ся от­ве­тил: «Я Си­ме­он Мер­ку­шин­ский», – и стал неви­ди­мым.
В «Ико­но­пис­ном Под­лин­ни­ке» под 16 ап­ре­ля зна­чит­ся: «Свя­тый и пра­вед­ный Си­ме­он Мер­ку­шин­ский и Вер­хо­тур­ский, иже в Си­би­ри но­вый чу­до­тво­рец; по­до­би­ем рус, бра­да и вла­сы на гла­ве аки Козь­мы Без­среб­рен­ни­ка; ри­зы на нем про­сты, рус­ския».
Мит­ро­по­лит Иг­на­тий, убе­див­шись в нетле­нии мо­щей свя­то­го Си­мео­на, вос­клик­нул: «Сви­де­тель­ствую и я, что во­ис­ти­ну это мо­щи пра­вед­но­го и доб­ро­де­тель­но­го че­ло­ве­ка: во всем по­доб­ны они мо­щам древ­них свя­тых. Сей пра­вед­ник по­до­бен Алек­сию, мит­ро­по­ли­ту Мос­ков­ско­му, или же Сер­гию Ра­до­неж­ско­му, ибо он спо­до­бил­ся от Бо­га нетле­ния, по­доб­но сим све­тиль­ни­кам ве­ры Пра­во­слав­ной».
И ныне по мо­лит­вам свя­то­го Си­мео­на Вер­хо­тур­ско­го Гос­подь яв­ля­ет бла­го­дат­ную по­мощь, уте­ше­ние, укреп­ле­ние, вра­зум­ле­ние, вра­че­ва­ние душ и те­лес и из­бав­ле­ние от лу­ка­вых и нечи­стых ду­хов. Бед­ству­ю­щие пут­ни­ки по мо­лит­вам свя­то­го по­лу­ча­ют из­бав­ле­ние от смер­ти. Осо­бен­но ча­сто си­би­ря­ки об­ра­ща­ют­ся с мо­лит­ва­ми к Вер­хо­тур­ско­му чу­до­твор­цу при глаз­ных бо­лез­нях и все­воз­мож­ных па­ра­ли­чах.
12 сен­тяб­ря 1704 го­да по бла­го­сло­ве­нию мит­ро­по­ли­та То­боль­ско­го Фило­фея бы­ло со­вер­ше­но пе­ре­не­се­ние свя­тых мо­щей пра­вед­но­го Си­мео­на Вер­хо­тур­ско­го из хра­ма в честь Ар­хи­стра­ти­га Ми­ха­и­ла в Вер­хо­тур­ский мо­на­стырь во имя свя­ти­те­ля Ни­ко­лая. В этот день Цер­ковь празд­ну­ет вто­рую па­мять свя­то­го пра­вед­но­го Си­мео­на Вер­хо­тур­ско­го (пер­вая – 18 де­каб­ря).

☦️
Му­че­ник Вик­тор Мат­ве­е­вич Мат­ве­ев ро­дил­ся 11 ок­тяб­ря 1871 го­да в го­ро­де Бо­ро­ви­чи Нов­го­род­ской гу­бер­нии. В юно­сти был па­ра­ли­зо­ван, ис­це­лён прав. Иоан­ном Крон­штадт­ским, ко­то­рый бла­го­сло­вил Вик­то­ра Мат­ве­е­ва на стран­ни­че­ство. В те­че­ние мно­гих лет Вик­тор Мат­ве­ев стран­ство­вал по Рос­сии, в 1906 го­ду по­се­лил­ся в 30 км от го­ро­да Вер­но­го (ныне Ал­ма-Ата) на го­ре Го­рель­ник, где по­стро­ил неболь­шую ке­лью и на­чал ве­сти стро­гую по­движ­ни­че­скую жизнь. Имел дар непре­стан­ной Иису­со­вой мо­лит­вы и дар про­зор­ли­во­сти; ча­сто бы­вал в Ни­коль­ской церк­ви в Вер­ном. По­сле 1923 го­да му­че­ник Вик­тор неко­то­рое вре­мя под­ви­зал­ся на Го­рель­ни­ке вме­сте с пре­по­доб­но­му­че­ни­ком Па­хо­ми­ем (Ру­си­ным). По вос­по­ми­на­ни­ям жи­те­лей Вер­но­го, Вик­тор Мат­ве­е­вич был ма­лень­ко­го ро­ста, су­хо­щав, с негу­стой тем­но-ру­сой бо­ро­дой и тем­ны­ми длин­ны­ми во­ло­са­ми; ни­ко­гда не мыл­ся, лишь из­ред­ка про­ти­рал­ся ке­ро­си­ном, круг­лый год хо­дил в бре­зен­то­вом пла­ще, зи­мой — в 2 пла­щах.
2 сен­тяб­ря 1935 го­да Вик­тор Мат­ве­ев был аре­сто­ван вме­сте с жив­ши­ми в гор­ных ски­тах мо­на­ха­ми и ми­ря­на­ми, 28 ян­ва­ря сле­ду­ю­ще­го го­да Осо­бым со­ве­ща­ни­ем при НКВД СССР при­го­во­рен к 5 го­дам ссыл­ки, на­прав­лен в по­сё­лок Ор­лов­ка Ча­я­нов­ско­го рай­о­на Юж­но-Ка­зах­стан­ской об­ла­сти. В де­каб­ре 1937 го­да му­че­ник был аре­сто­ван вме­сте с жив­ши­ми в ссыл­ке свя­щен­ни­ка­ми, об­ви­нён в «контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти». Ви­нов­ным се­бя не при­знал. Рас­стре­лян 31 де­каб­ря 1937 го­да по при­го­во­ру трой­ки УНКВД по Юж­но-Ка­зах­стан­ской об­ла­сти от 30 де­каб­ря.

☦️
Ар­хи­епи­скоп Фад­дей (в ми­ру Иван Ва­си­лье­вич Успен­ский) ро­дил­ся 12 но­яб­ря 1872 го­да в се­ле Нарук­со­во Лу­ко­ян­ско­го уез­да Ни­же­го­род­ской гу­бер­нии в се­мье свя­щен­ни­ка Ва­си­лия и же­ны его Ли­дии, у ко­то­рых бы­ло семь сы­но­вей и две до­че­ри. Дед бу­ду­ще­го вла­ды­ки то­же был свя­щен­ни­ком, и до­маш­ние по­чи­та­ли его как су­гу­бо­го мо­лит­вен­ни­ка, как че­ло­ве­ка, имев­ше­го глу­бо­кую ве­ру и лю­бя­щее, крот­кое и снис­хо­ди­тель­ное серд­це. Из всех вну­ков де­душ­ка боль­ше дру­гих лю­бил Ива­на, ко­то­ро­го на­зы­вал ар­хи­ере­ем.
По­сле окон­ча­ния Ни­же­го­род­ской Ду­хов­ной Се­ми­на­рии Иван Успен­ский по­сту­пил в Мос­ков­скую Ду­хов­ную Ака­де­мию. В то вре­мя рек­то­ром ака­де­мии был ар­хи­манд­рит Ан­то­ний (Хра­по­виц­кий), с ко­то­рым Иван сбли­зил­ся и впо­след­ствии по­дру­жил­ся. Ар­хи­манд­рит Ан­то­ний воз­дей­ство­вал на сту­ден­тов ака­де­мии не столь­ко стро­го­стью, сколь­ко лич­ным при­ме­ром. Он яв­лял в се­бе об­ра­зец уче­но­го мо­на­ха и хри­сти­ан­ско­го пас­ты­ря. Мно­гие сту­ден­ты тя­ну­лись к нему как к от­цу, ко­то­рый мог раз­ре­шить во­про­сы не толь­ко ду­хов­ные, но и ма­те­ри­аль­ные: к нему без стес­не­ния об­ра­ща­лись и за ма­те­ри­аль­ной по­мо­щью.
Есть лю­ди, от дет­ства и юно­сти пред­устав­лен­ные Бо­гом к осо­бо­го ро­да слу­же­нию, ко­то­рых бла­го­дать Бо­жия хра­нит и уго­тов­ля­ет к это­му слу­же­нию. Та­ким был и Ар­хи­епи­скоп Фад­дей. От юно­сти его ду­ша стре­ми­лась к Бо­гу, упор­но со­про­тив­ля­ясь стра­стям. От тех лет со­хра­ни­лись его днев­ни­ки, ко­то­рые он вел еже­днев­но, и в них, как в зер­ка­ле, от­ра­зи­лась борь­ба ду­ши за кра­со­ту нетлен­ную, веч­ную. Неж­ная ду­ша его, со­хра­нив­шая дет­скость и про­сто­ту, стре­ми­лась лишь к люб­ви к Бо­гу и без­упреч­но­му ис­пол­не­нию Его за­по­ве­дей. Юно­ша зор­ко сле­дил за мо­мен­та­ми ослаб­ле­ния этой люб­ви, скор­бя об охла­жде­нии и ду­шев­ной рас­слаб­лен­но­сти, и вновь и вновь об­ра­щал­ся за по­мо­щью к Бо­гу. Днев­ник вел­ся еже­днев­но, и еже­днев­но в нем под­во­дил­ся итог как внеш­ним де­лам, так и внут­рен­не­му, ду­хов­но­му со­сто­я­нию. Через несколь­ко лет, та­ким об­ра­зом, ста­ло воз­мож­ным срав­ни­вать каж­дый те­ку­щий день с тем, как он был про­ве­ден год на­зад или ра­нее.
Во вре­мя уче­бы в Мос­ков­ской Ду­хов­ной Ака­де­мии Иван, по бла­го­сло­ве­нию рек­то­ра, стал об­ра­щать­ся за ду­хов­ны­ми со­ве­та­ми к иеро­мо­на­ху Гер­ма­ну, из­вест­но­му стар­цу, под­ви­зав­ше­му­ся в Геф­си­ман­ском ски­ту при Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ре. Отец Гер­ман был вы­со­кий, бла­го­об­раз­но­го ви­да ста­рец, с бе­лым, ред­ко улы­ба­ю­щим­ся ли­цом.
Вес­ной, по окон­ча­нии 4 кур­са Мос­ков­ской Ду­хов­ной Ака­де­мии, Иван ез­дил на ка­ни­ку­лы до­мой, в Ниж­ний Нов­го­род. Пе­ред отъ­ез­дом, по за­ве­ден­но­му обы­чаю, он за­шел к от­цу рек­то­ру. По­сле крат­кой бе­се­ды, про­ща­ясь, отец рек­тор по­смот­рел на его ху­до­бу и шут­ли­во ска­зал: — А вы по­прав­ляй­тесь, бу­де­те ар­хи­манд­ри­том или епи­ско­пом.
До­ма Иван пе­ре­го­во­рил с от­цом от­но­си­тель­но вы­бо­ра пу­ти: не стать ли ему свя­щен­ни­ком? Го­во­ри­ли о труд­но­стях и осо­бен­но­стях свя­щен­ни­че­ско­го слу­же­ния. В част­но­сти, Иван спро­сил от­ца, есть ли в Ни­же­го­род­ской епар­хии неже­на­тые свя­щен­ни­ки. Вы­яс­ни­лось, что нет ни од­но­го. Иван ска­зал, что ему все го­во­рят о мо­на­ше­стве.
— Ну что ж, — от­ве­тил отец. — мо­на­ше­ство де­ло хо­ро­шее, но его нуж­но при­ни­мать об­ду­ман­но, зная, что при­ни­ма­ешь его доб­ро­воль­но и на­все­гда.
— Но в мо­на­ше­стве че­ло­век от­де­ля­ет­ся от лю­дей, так как мо­нах за­крыт в сте­нах мо­на­сты­ря.
— Нет, он не от­де­лен от лю­дей, толь­ко он слу­жит лю­дям осо­бен­ным об­ра­зом.
Про­ща­ние с до­маш­ни­ми пе­ред отъ­ез­дом бы­ло, как все­гда, тро­га­тель­ным. В этот день он ска­зал ма­те­ри, что при каж­дом про­ща­нии он остав­ля­ет, ка­жет­ся, бо­лее, чем преж­де. За обе­дом го­во­рил с от­цом и ма­те­рью, с бра­том Алек­сан­дром о зна­че­нии внеш­них по­дви­гов, осо­бен­но свя­зан­ных с остав­ле­ни­ем се­мьи; для неко­то­рых внеш­ние по­дви­ги есть един­ствен­ный путь к устро­е­нию ду­хов­ной жиз­ни… Спа­си­тель ино­гда тре­бо­вал, чтобы же­ла­ю­щие сле­до­вать за Ним немед­лен­но остав­ля­ли дом.
В тот же день по­сле чая и крат­кой мо­лит­вы Иван по­бла­го­да­рил всех, по­про­щал­ся и вы­ехал в Моск­ву. Мо­лит­вен­ное вос­по­ми­на­ние со­еди­ни­лось со скорб­ным чув­ством раз­лу­ки с лю­би­мы­ми до­маш­ни­ми, ко­то­рая со вре­ме­нем долж­на бы­ла стать окон­ча­тель­ной. В ака­де­мии его жда­ли уче­ные за­ня­тия, но глав­ное — тот же по­двиг, та же мо­лит­ва, неусып­ная ра­бо­та над сво­ей ду­шой.
…
20 де­каб­ря, око­ло вось­ми ча­сов ве­че­ра, со­труд­ни­ки НКВД при­шли аре­сто­вать Ар­хи­епи­ско­па Фад­дея. Пе­ре­ры­ли весь дом, обыс­ки­ва­ли до пя­ти ча­сов утра, но ни де­нег, ни че­го-ли­бо цен­но­го не на­шли.
— На что же вы жи­ве­те? — спро­сил один из них. — Мы жи­вем по­да­я­ни­ем, — от­ве­тил Ар­хи­епи­скоп.
Взя­ли па­на­гию, кре­сты, по­тир, да­ро­но­си­цу, об­ла­че­ние, два­дцать семь штук све­чей, трид­цать че­ток, ду­хов­ные кни­ги, тет­ра­ди с за­пи­ся­ми Ар­хи­епи­ско­па, офи­ци­аль­ные цир­ку­ля­ры Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хии, фо­то­гра­фии, два ар­хи­ерей­ских жез­ла.
На до­про­сах в тюрь­ме Ар­хи­епи­скоп Фад­дей дер­жал­ся му­же­ствен­но. Сле­до­ва­те­ли до­би­ва­лись узнать, как и кто по­мо­гал ему ма­те­ри­аль­но. Он от­ве­чал:
— Ма­те­ри­аль­ная по­мощь пе­ре­да­ва­лась мне лич­но в церк­ви в ви­де доб­ро­хот­ных под­но­ше­ний, фа­ми­лии этих лиц я на­звать не имею воз­мож­но­сти, так как их не знаю.
— Ва­ши по­ка­за­ния лож­ны. Сред­ства вам пе­ре­да­ва­лись не в церк­ви. След­ствие рас­по­ла­га­ет дан­ны­ми об ис­поль­зо­ва­нии по сбо­ру средств сре­ди ва­ших зна­ко­мых ма­ло­лет­них де­тей, школь­ни­ков.
— Я от­ри­цаю ука­зан­ные фак­ты и ка­те­го­ри­че­ски за­яв­ляю, что я не ис­поль­зо­вал для сбо­ра мне средств на про­жи­тие ма­ло­лет­них де­тей. Сред­ства мною по­лу­ча­лись, как я ука­зы­вал, в церк­ви.
— Кто ва­ми был на­зна­чен бла­го­чин­ным в Но­во-Ка­рель­ский рай­он?
— В 1935 го­ду мною был на­зна­чен Ор­лов Мит­ро­фан.
— Из­ло­жи­те по­дроб­но, ка­кой раз­го­вор на по­ли­ти­че­ские те­мы у вас был с Ор­ло­вым Мит­ро­фа­ном пе­ред его отъ­ез­дом в се­ло Ер­зов­ка.
— Вел ли я ка­кой-ли­бо раз­го­вор на по­ли­ти­че­ские те­мы, не пом­ню.
— Ка­кие за­да­ния ан­ти­со­вет­ско­го ха­рак­те­ра вы да­ва­ли Ор­ло­ву Мит­ро­фа­ну?
— Ан­ти­со­вет­ских за­да­ний я не да­вал, а на­обо­рот, мной ему да­ва­лись ука­за­ния о том, чтобы он дей­ство­вал в со­от­вет­ствии с су­ще­ству­ю­щи­ми за­ко­на­ми.
— По­ка­за­ние ва­ше лож­но. След­стви­ем уста­нов­ле­но, что вы да­ва­ли Ор­ло­ву Мит­ро­фа­ну за­да­ние об ор­га­ни­за­ции контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти.
— По­ка­за­ния, дан­ные сле­до­ва­те­лю, яв­ля­ют­ся прав­ди­вы­ми. Мною ни­ко­гда ни­ка­ких контр­ре­во­лю­ци­он­ных за­да­ний не да­ва­лось.
— Вы аре­сто­ва­ны за контр­ре­во­лю­ци­он­ную де­я­тель­ность… При­зна­е­те ли се­бя ви­нов­ным?
— В контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти ви­нов­ным се­бя не при­знаю, — твер­до от­ве­тил Ар­хи­епи­скоп.
Недол­го про­был вла­ды­ка в тюрь­ме, но и в эти по­след­ние дни ему при­шлось пре­тер­петь мно­же­ство уни­же­ний. Тю­рем­ное на­чаль­ство по­ме­сти­ло вла­ды­ку в ка­ме­ру с уго­лов­ни­ка­ми, и те на­сме­ха­лись над ним, ста­ра­лись его уни­зить.
И то­гда Ма­терь Бо­жия Са­ма за­сту­пи­лась за Сво­е­го пра­вед­ни­ка. Од­на­жды но­чью Она яви­лась гла­ва­рю уго­лов­ни­ков и гроз­но ска­за­ла ему: — Не тро­гай­те свя­то­го му­жа, ина­че все вы лю­той смер­тью по­гиб­ни­те.
На­ут­ро он пе­ре­ска­зал сон то­ва­ри­щам, и они ре­ши­ли по­смот­реть, жив ли еще свя­той ста­рец. За­гля­нув под на­ры, они уви­де­ли, что от­ту­да из­ли­ва­ет­ся осле­пи­тель­ный свет, и в ужа­се от­шат­ну­лись, про­ся у свя­ти­те­ля про­ще­ния.
С это­го дня все на­смеш­ки пре­кра­ти­лись и уго­лов­ни­ки да­же на­ча­ли за­бо­тить­ся о вла­ды­ке. На­чаль­ство за­ме­ти­ло пе­ре­ме­ну в от­но­ше­нии за­клю­чен­ных к вла­ды­ке, и его пе­ре­ве­ли в дру­гую ка­ме­ру.
Все эти быв­шие за­клю­чен­ные оста­лись жи­вы. Один из них, ока­зав­шись пе­ред фин­ской вой­ной на при­зыв­ном пунк­те в Торж­ке, рас­ска­зал о том слу­чае Алек­сан­дру По­ше­хо­но­ву, узнав, что тот ве­ру­ю­щий.
Через де­сять дней по­сле аре­ста Ар­хи­епи­скоп Фад­дей был при­го­во­рен к рас­стре­лу. Он об­ви­нял­ся в том, что «яв­ля­ясь ру­ко­во­ди­те­лем цер­ков­но-мо­нар­хи­че­ской ор­га­ни­за­ции, имел тес­ную связь с лик­ви­ди­ро­ван­ной цер­ков­но-фа­шист­ской ор­га­ни­за­ци­ей в г. Ка­шине (участ­ни­ки ко­то­рой в чис­ле 50 че­ло­век при­го­во­ре­ны к выс­шей ме­ре на­ка­за­ния) да­вал за­да­ния участ­ни­кам на ор­га­ни­за­цию и на­саж­де­ние цер­ков­но-мо­нар­хи­че­ских групп и по­встан­че­ских яче­ек, по Ка­рель­ско­му на­цио­наль­но­му окру­гу через сво­е­го по­слан­ца Ор­ло­ва Мит­ро­фа­на, осуж­ден­но­го к ВМН — рас­стре­лу, осу­ществ­лял ру­ко­вод­ство по сбо­ру средств на по­стро­е­ние неле­галь­но­го мо­на­сты­ря и ру­ко­во­дил ор­га­ни­за­ци­ей си­сте­ма­ти­че­ской аги­та­ции». Свя­ти­тель Фад­дей был каз­нен 31 де­каб­ря 1937 го­да.
Рас­ска­зы­ва­ют, что его уто­пи­ли в яме с нечи­сто­та­ми. По­сле его смер­ти тю­рем­ный врач пре­ду­пре­ди­ла ве­ру­ю­щих, что вско­ре вла­ды­ку по­ве­зут хо­ро­нить. 2 ян­ва­ря 1938 го­да. Око­ло че­ты­рех ча­сов дня. Ско­ро бу­дет смер­кать­ся, но еще свет­ло. Со сто­ро­ны тюрь­мы через за­мерз­шую Вол­гу дви­га­лись са­ни по на­прав­ле­нию к клад­би­щу. На клад­би­ще бы­ли в это вре­мя две жен­щи­ны. Они спро­си­ли: — Ко­го это вы при­вез­ли?
— Фад­дея ва­ше­го при­вез­ли! — от­ве­тил один из них.
Те­ло вла­ды­ки бы­ло за­вер­ну­то в бре­зент, но в вы­ко­пан­ную неглу­бо­кую яму его опу­сти­ли в ниж­ней одеж­де.
Вес­ной по­сле Пас­хи 1938 го­да жен­щи­ны вскры­ли мо­ги­лу и пе­ре­ло­жи­ли те­ло Ар­хи­епи­ско­па в про­стой гроб. Од­на из жен­щин вло­жи­ла в ру­ку вла­ды­ке пас­халь­ное яй­цо. На ме­сте мо­ги­лы был по­став­лен крест и на нем сде­ла­на над­пись, но вско­ре он был уни­что­жен вла­стя­ми. Про­шло мно­го лет. Храм, сто­я­щий на клад­би­ще, был раз­ру­шен, сне­се­на и уни­что­же­на боль­шая часть па­мят­ни­ков и кре­стов, и точ­ное ме­сто мо­ги­лы Ар­хи­епи­ско­па Фад­дея бы­ло за­бы­то.
Все эти го­ды ве­ру­ю­щие Тве­ри хра­ни­ли па­мять о вла­ды­ке Фад­дее и о его мо­ги­ле. По бла­го­сло­ве­нию ар­хи­епи­ско­па Твер­ско­го и Ка­шин­ско­го Вик­то­ра иеро­мо­нах Да­мас­кин пред­при­нял по­пыт­ку об­на­ру­жить остан­ки вла­ды­ки Фад­дея. Од­на из ве­ру­ю­щих, дол­гое вре­мя за­ни­мав­ша­я­ся эти­ми по­ис­ка­ми, Ю. Е. То­пор­ко­ва, осе­нью 1990 го­да на­шла точ­ное ме­сто за­хо­ро­не­ния вла­ды­ки. Экс­пер­ти­за, про­ве­ден­ная в Москве, под­твер­ди­ла, что най­ден­ные остан­ки при­над­ле­жат вла­ды­ке Фад­дею.
В 1991 го­ду Си­но­даль­ная Ко­мис­сия по изу­че­нию ма­те­ри­а­лов, от­но­ся­щих­ся к ре­а­би­ли­та­ции ду­хо­вен­ства и ми­рян Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, по­лу­чи­ла све­де­ния из Твер­ской про­ку­ра­ту­ры о ре­а­би­ли­та­ции Ар­хи­епи­ско­па Фад­дея (Успен­ско­го).
26 ок­тяб­ря 1993 го­да, в празд­ник Ивер­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри бы­ли об­ре­те­ны чест­ные остан­ки ар­хи­пас­ты­ря-му­че­ни­ка, ко­то­рые на­хо­дят­ся ныне в Воз­не­сен­ском со­бо­ре го­ро­да Тве­ри.
…
О мо­лит­вен­ном пред­ста­тель­стве свя­ти­те­ля Фад­дея сви­де­тель­ству­ют и чу­де­са, со­вер­ша­е­мые в на­сто­я­щее вре­мя. Об од­ном из них со­об­ща­ет­ся в пись­ме к ар­хи­епи­ско­пу Твер­ско­му и Ка­шин­ско­му Вик­то­ру (Х-96 г.) при­хо­жан­кой Воз­не­сен­ско­го со­бо­ра г. Тве­ри Ба­ба­ло­вой Л.В.: «Ва­ше Вы­со­ко­прео­свя­щен­ство!
Хри­сти­ан­ский долг по­нуж­да­ет пи­сать о со­бы­тии, про­ис­шед­шем лич­но со мною. Слу­чи­лось это про­шед­шей зи­мой, в се­ре­дине де­каб­ря.
Ми­ло­стию Бо­жи­ей до­ве­лось мне тер­петь скор­би и мо­лить Бо­га о по­мо­щи в ис­це­ле­нии. Толь­ко за­хо­тел Гос­подь про­сла­вить сво­е­го свя­то­го и по его мо­лит­вам по­слал мне уте­ше­ние, по­сле че­го свя­той явил­ся в сво­ем зем­ном об­ра­зе: в об­ла­че­нии иеро­мо­на­ха, в чер­ной ман­тии, кло­бу­ке с на­мет­кой, с зо­ло­тым кре­стом на гру­ди. Сна­ча­ла он при­ло­жил­ся уста­ми к иконе Бо­жи­ей Ма­те­ри, на­хо­див­шей­ся сле­ва от него, за­тем по­вер­нул свое ли­цо ко мне и слег­ка по­кло­нил­ся. Мыс­лен­но бла­го­да­ря, ста­ра­лась узнать и за­пом­нить ли­цо свя­то­го. Ве­че­ром то­го же дня по­еха­ла в храм Воз­не­се­ния Гос­под­ня, под­ня­лась на­верх и сра­зу уви­де­ла ико­ну свя­ти­те­ля Фад­дея и по­ня­ла, что это он, сво­и­ми мо­лит­ва­ми под­дер­жал, ко­гда мне бы­ло очень пло­хо. По­сле окон­ча­ния служ­бы я с бла­го­го­ве­ни­ем при­ло­жи­лась к ра­ке с мо­ща­ми и по­чув­ство­ва­ла ис­хо­дя­щую от них бла­го­дать.
По­сле это­го слу­чая мне за­хо­те­лось об­ра­тить­ся к свя­то­му Фад­дею за по­мо­щью для мо­их близ­ких. Он дей­стви­тель­но по­мо­гал сво­и­ми мо­лит­ва­ми и явил­ся мне уже в небес­ной сла­ве и об­ра­зе зо­ло­то­куд­ро­го юно­ши в свер­ка­ю­щих све­том одеж­дах.
О чем сви­де­тель­ствую и пред­став­ляю на Ваш суд, бла­го­да­ря ми­лость Гос­по­да и Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы! С по­чте­ни­ем,
Ра­ба Бо­жия Люд­ми­ла. 23.10.1996 г. г. Тверь.
…
Подробнее:
https://azbyka.ru/days/sv-faddej-uspenskij
…
Творения священномученика Фаддея:
https://azbyka.ru/otechnik/Faddej_Uspenskij/

☦️
Диа­кон Сер­гий Ни­ко­ла­е­вич Аста­хов ро­дил­ся в Москве, в се­мье ра­бо­че­го, 5 июня 1877 го­да. Об­ра­зо­ва­ние он по­лу­чил в на­род­ной шко­ле. Сер­гей Ни­ко­ла­е­вич был же­нат на Анне Ни­ки­фо­ровне и у них ро­ди­лось пя­те­ро де­тей. В 1920 го­ду он был по­свя­щен в сти­харь Прео­свя­щен­ней­шим Ни­ка­но­ром (Куд­ряв­це­вым), епи­ско­пом Бо­го­род­ским, ви­ка­ри­ем Мос­ков­ской епар­хии, и на­чал под­ви­зать­ся в ка­че­стве пса­лом­щи­ка в Пет­ро­пав­лов­ской церк­ви в Ле­фор­то­во. С 1921 го­да Сер­гей Аста­хов с се­мьей на­чи­на­ет жить в с. Тро­иц­кое-Рат­ма­но­во (ныне се­ло Ива­ше­во Но­гин­ско­го рай­о­на Мос­ков­ской об­ла­сти). 22 ян­ва­ря 1922 го­да со­сто­я­лась хи­ро­то­ния Сер­гия во диа­ко­на. Ино­гда от­ца Сер­гия при­гла­ша­ли слу­жить в Пет­ро-Пав­лов­ский храм пос. Обу­хо­ве. В кон­це но­яб­ря 1937 го­да диа­кон Сер­гий был аре­сто­ван вме­сте с ду­хо­вен­ством обу­хов­ско­го хра­ма по об­ви­не­нию в контр­ре­во­лю­ци­он­ной аги­та­ции. Трой­ка НКВД при­го­во­ри­ла его 8 го­дам ис­пра­ви­тель­но-тру­до­вых ла­ге­рей. Диа­кон Сер­гий Аста­хов скон­чал­ся в ла­ге­ре 31 де­каб­ря 1942 го­да в воз­расте ше­сти­де­ся­ти пя­ти лет.

☦️
Му­че­ни­ца Ве­ра Ва­си­льев­на Трукс ро­ди­лась 14 фев­ра­ля 1886 го­да в де­ревне Та­ма­ров­ка Чер­ни­гов­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии. Ке­лей­ни­ца Твер­ско­го ар­хи­епи­ско­па свя­щен­но­му­че­ни­ка Фад­дея (Успен­ско­го). Отец Ве­ры Ва­си­льев­ны, чех, ра­бо­тал объ­езд­чи­ком ле­са у мест­но­го по­ме­щи­ка. По­сле окон­ча­ния 2‑класс­но­го го­род­ско­го учи­ли­ща Ве­ра Ва­си­льев­на сда­ла эк­за­мен, да­вав­ший пра­во быть на­род­ной учи­тель­ни­цей. В 1909-1923 го­дах пре­по­да­ва­ла в сель­ских шко­лах. В 1909 го­ду за­ни­ма­лась на кур­сах по­вы­ше­ния ква­ли­фи­ка­ции во Вла­ди­ми­ре-Во­лын­ском, где в то вре­мя епи­скоп Фад­дей (Успен­ский) чи­тал лек­ции по пе­да­го­ги­ке. Ве­ра Ва­си­льев­на по­зна­ко­ми­лась с епи­ско­пом Фад­де­ем. Впо­след­ствии он под­дер­жал ее, ко­гда она тя­же­ло за­бо­ле­ла, вы­хло­по­тав ей на­прав­ле­ние в Крым на ле­че­ние. По­сле аре­ста епи­ско­па Фад­дея в 1921 го­ду Ве­ра Ва­си­льев­на вме­сте с дру­ги­ми при­хо­жа­на­ми хо­да­тай­ство­ва­ла о его осво­бож­де­нии, но­си­ла пе­ре­да­чи в тюрь­му, по­сы­ла­ла про­дук­ты в Зы­рян­ский край, где ар­хи­ерей от­бы­вал ссыл­ку. По­сле на­зна­че­ния вла­ды­ки на Аст­ра­хан­скую ка­фед­ру Ве­ра Трукс при­е­ха­ла в Аст­ра­хань, ока­зы­ва­ла епи­ско­пу Фад­дею по­силь­ную по­мощь; ко­гда ар­хи­ерей был пе­ре­ве­ден в Тверь, по­мо­га­ла ему и там. В 1923 го­ду Ве­ра Ва­си­льев­на по­бы­ва­ла у Пат­ри­ар­ха св. Ти­хо­на и про­си­ла бла­го­сло­ве­ния быть ке­лей­ни­цей у ар­хи­епи­ско­па Фад­дея. Да­вая бла­го­сло­ве­ние, Пат­ри­арх ска­зал: «Мно­го скор­бей по­не­сешь».
Ве­ру Ва­си­льев­ну аре­сто­ва­ли через 2 дня по­сле аре­ста свя­щен­но­му­че­ни­ка Фад­дея — 23 де­каб­ря 1937 го­да. На до­про­сах ее спра­ши­ва­ли, что ей из­вест­но о враж­деб­ной де­я­тель­но­сти ар­хи­ерея. «Мною за все вре­мя с его сто­ро­ны ни­ко­гда не за­ме­ча­лось ка­ко­го-ли­бо про­яв­ле­ния враж­деб­но­го от­но­ше­ния к со­вет­ской вла­сти», — от­ве­ча­ла ке­лей­ни­ца. Ве­ра Трукс от­верг­ла предъ­яв­лен­ное ей об­ви­не­ние в «контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти». 14 сен­тяб­ря 1938 го­да осо­бое со­ве­ща­ние при УНКВД при­го­во­ри­ло му­че­ни­цу к 5 го­дам ИТЛ. Срок от­бы­ва­ла в си­бир­ских ла­ге­рях. Скон­ча­лась в 1942 го­ду за несколь­ко ме­ся­цев до окон­ча­ния сро­ка.