29 апреля

☀️ неподвижный годовой круг:
• 29 апреля (16 апреля)
• мч. Леонида, мцц. Харие́ссы, Ни́ки, Галины, Кали́сы, Нуне́хии, Василиссы, Феодо́ры, Ирины (Коринфской) и др. (258)
• мцц. Ага́пии, Ирины (Аквилейской), Хио́нии (304)
• сщмч. Константина Жданова, пресвитера (1919)
• икон Божией Матери «Ильинская» (Черниговская) (1658), «Тамбовская» (Уткинская) (1692)

☦️
Мученик Леони́д, мученицы Харие́сса, Ни́ка, Гали́на, Кали́са Коринфская, Нуне́хия, Васили́сса, Феодо́ра.
Во вре­мя го­не­ния на хри­сти­ан (в III ве­ке) од­на бла­го­че­сти­вая жен­щи­на, по име­ни Ру­фи­на, бе­жа­ла из Ко­рин­фа в го­ры, спа­са­ясь от пре­сле­до­ва­ний. Там она ро­ди­ла сы­на Ко­дра­та (день памяти 23 марта) и вско­ре по­сле ро­дов скон­ча­лась. Про­мыс­лом Бо­жи­им мла­де­нец остал­ся жить и был вскорм­лен чу­дес­ным об­ра­зом: на него опус­ка­лось об­ла­ко, пи­тав­шее его слад­кой ро­сой. Дет­ство и юно­ше­ские го­ды свя­то­го Ко­дра­та про­шли в пу­стыне. Бу­дучи уже взрос­лым, он од­на­жды по­встре­чал хри­сти­ан, ко­то­рые про­све­ти­ли его све­том ис­тин­ной ве­ры. Ко­драт вы­учил­ся гра­мо­те, а поз­же изу­чил вра­чеб­ное ис­кус­ство и до­стиг в нем боль­ших успе­хов. Но бо­лее все­го Ко­драт лю­бил пу­стын­ное без­мол­вие и боль­шую часть вре­ме­ни про­во­дил в го­рах, пре­да­ва­ясь мо­лит­ве и бо­го­мыс­лию. Про­шло мно­го лет. В пу­сты­ню к свя­то­му ча­сто при­хо­ди­ли его дру­зья и по­сле­до­ва­те­ли, чтобы по­слу­шать его на­став­ле­ния. Сре­ди них бы­ли Ки­при­ан, Ди­о­ни­сий, Анект, Па­вел, Кри­с­кент и мно­гие дру­гие.
По при­ка­зу го­ни­те­ля хри­сти­ан нече­сти­во­го Де­кия (249–251) в Ко­ринф при­был во­е­на­чаль­ник Иа­сон. Свя­той Ко­драт был схва­чен вме­сте со сво­и­ми дру­зья­ми и бро­шен в тем­ни­цу. На до­про­сах Иа­сон ча­ще все­го об­ра­щал­ся к Ко­дра­ту как стар­ше­му по воз­рас­ту. Свя­той му­же­ствен­но за­щи­щал свою ве­ру во Хри­ста Спа­си­те­ля. То­гда его ста­ли ис­тя­зать. Свя­той Ко­драт, несмот­ря на нече­ло­ве­че­ские стра­да­ния, на­хо­дил в се­бе си­лы под­дер­жи­вать дру­гих, убеж­дая их не стра­шить­ся и твер­до сто­ять за ве­ру. Не до­бив­шись ни от ко­го от­ре­че­ния, Иа­сон при­ка­зал бро­сить му­че­ни­ков на рас­тер­за­ние зве­рям. Зве­ри же не тро­ну­ли их. Свя­тых при­вя­за­ли за но­ги к ко­лес­ни­цам и во­ло­чи­ли по го­ро­ду, мно­гие из тол­пы бро­са­ли в них кам­ни. На­ко­нец му­че­ни­ков при­су­ди­ли к усе­че­нию ме­чом. На ме­сте каз­ни свя­тые по­про­си­ли се­бе немно­го вре­ме­ни для мо­лит­вы, а по­том один за дру­гим ста­ли под­хо­дить к па­ла­чу, скло­няя го­ло­ву пе­ред за­не­сен­ным ме­чом.
Осталь­ные уче­ни­ки свя­то­го Ко­дра­та так­же по­стра­да­ли за Хри­ста: Ди­о­ни­сий (дру­гой) был за­ко­лот но­жом; Вик­то­рин, Вик­тор и Ни­ки­фор бы­ли за­жи­во раз­дроб­ле­ны в огром­ной ка­мен­ной сту­пе; Клав­дию от­ру­би­ли ру­ки и но­ги; Ди­о­дор сам бро­сил­ся в при­го­тов­лен­ный для него ко­стер; Се­ра­фи­он был обез­глав­лен; Па­пия и Лео­ни­да уто­пи­ли в мо­ре. Под­ра­жая муж­чи­нам, на му­ки за Хри­ста доб­ро­воль­но по­шли и мно­гие свя­тые же­ны.
…
Свя­той му­че­ник Лео­нид и свя­тые му­че­ни­цы Ха­ри­ес­са, Ни­ка, Га­ли­на, Ка­ли­са (Ка­ли­да), Ну­не­хия, Ва­си­лис­са и Фе­о­до­ра по­стра­да­ли в Ко­рин­фе в 258 го­ду. Их бро­си­ли в мо­ре, но они не уто­ну­ли, а шли по во­де, как по су­ше, и пе­ли ду­хов­ные гим­ны. Му­чи­те­ли до­гна­ли их на ко­раб­ле, по­ве­си­ли на шеи кам­ни и уто­пи­ли.

☦️
Мученица Ири́на Коринфская.
Святая мученица Ирина Коринфская пострадала во время праздника св. Пасхи в Греции. Вместе со многими другими христианами она проживала в одной пещере, и все они проводили время в постоянных молитвах. Нечестивые служители идолов донесли на них правителю, и святая Ирина по его повелению была схвачена, приведена в оковах и заключена в темницу. Представ затем пред правителем, она на допросе смело исповедала Иисуса истинным Богом, Творцом и Спасителем всего сущего, Искупителем людей и разрушителем идолов. За это она была избита и снова заключена в темницу. После сего правитель занялся разбором дел, поступивших от городских жителей, а потом, освободившись от них, приказал опять вывести святую из темницы. Когда она была приведена к нему, то он стал принуждать ее отречься от Христа, но она и слушать об этом не хотела. Тогда, по повелению мучителя, ее предали жестоким мучениям: отрезали ей язык, выбили зубы и, наконец, отсекли мечом голову.
…
По Прологу святая мученица пострадала в городе Коринфе, а по Четьи-Минеи в Македонии. Мученическая кончина ее относится или к 205 г. (ко времени гонения Декия), или к 304 г. ко времени гонения Диоклетиана.

☦️
Мученицы Ага́пия, Ири́на и Хио́ния.
Свя­тые му­че­ни­цы Ага­пия, Ири­на и Хи­о­ния бы­ли род­ны­ми сест­ра­ми и жи­ли в кон­це III – на­ча­ле IV ве­ка вбли­зи ита­льян­ско­го го­ро­да Ак­ви­леи. Они оста­лись си­ро­та­ми в юном воз­расте. Де­вуш­ки ве­ли бла­го­че­сти­вую хри­сти­ан­скую жизнь и от­кло­ня­ли до­мо­га­тель­ства мно­го­чис­лен­ных же­ни­хов. Их ду­хов­ным ру­ко­во­ди­те­лем был свя­щен­ник Зи­нон. Ему бы­ло от­кры­то в сон­ном ви­де­нии, что в бли­жай­шее вре­мя он скон­ча­ет­ся, а свя­тых дев возь­мут на му­че­ние. Та­кое же от­кро­ве­ние бы­ло и на­хо­див­шей­ся в Ак­ви­лее ве­ли­ко­му­че­ни­це Ана­ста­сии († 304, па­мять 22 де­каб­ря/4 ян­ва­ря), ко­то­рую на­зы­ва­ли Узо­ре­ши­тель­ни­цей за то, что она без­бо­яз­нен­но по­се­ща­ла на­хо­див­ших­ся в тюрь­мах хри­сти­ан, обод­ря­ла их и по­мо­га­ла им. Ве­ли­ко­му­че­ни­ца Ана­ста­сия по­спе­ши­ла к сест­рам и убеж­да­ла их му­же­ствен­но по­сто­ять за Хри­ста. Вско­ре пред­ска­зан­ное в ви­де­нии ис­пол­ни­лось. Свя­щен­ник Зи­нон скон­чал­ся, а три де­вы бы­ли схва­че­ны и на­прав­ле­ны на суд к им­пе­ра­то­ру Дио­кле­ти­а­ну (284–305).
Уви­дев юных пре­крас­ных се­стер, им­пе­ра­тор пред­ло­жил им от­речь­ся от Хри­ста и обе­щал най­ти знат­ных же­ни­хов из сво­ей сви­ты. Но свя­тые сест­ры от­ве­ча­ли, что име­ют од­но­го Небес­но­го Же­ни­ха – Хри­ста, за ве­ру в Ко­то­ро­го го­то­вы по­стра­дать. Им­пе­ра­тор убеж­дал их от­речь­ся от Хри­ста, но ни стар­шие сест­ры, ни са­мая млад­шая из них не со­гла­ша­лись. Они на­зы­ва­ли язы­че­ских бо­гов идо­ла­ми, сде­лан­ны­ми че­ло­ве­че­ски­ми ру­ка­ми, и про­по­ве­до­ва­ли ве­ру в Ис­тин­но­го Бо­га.
По по­ве­ле­нию Дио­кле­ти­а­на, на­пра­вив­ше­го­ся в Ма­ке­до­нию, ту­да бы­ли от­ве­зе­ны и свя­тые сест­ры. Их от­да­ли на суд пра­ви­те­лю Дул­ки­цию.
Ко­гда он уви­дел кра­со­ту свя­тых му­че­ниц, то вос­пы­лал нечи­стой стра­стью. Он взял се­стер под стра­жу и пе­ре­дал им, что они по­лу­чат сво­бо­ду, ес­ли со­гла­сят­ся ис­пол­нить его же­ла­ние. Но свя­тые му­че­ни­цы от­ве­ти­ли, что они го­то­вы уме­реть за сво­е­го Небес­но­го Же­ни­ха – Хри­ста. То­гда Дул­ки­ций ре­шил тай­но но­чью овла­деть ими на­силь­но. Ко­гда свя­тые сест­ры вста­ли но­чью на мо­лит­ву и сла­во­сло­ви­ли Гос­по­да, Дул­ки­ций под­крал­ся к две­ри и хо­тел вой­ти. Неви­ди­мая си­ла по­ра­зи­ла его, он по­те­рял рас­су­док и ки­нул­ся прочь. Не на­хо­дя вы­хо­да, му­чи­тель по до­ро­ге по­пал в по­вар­ню, где сто­я­ли чу­гу­ны, ско­во­ро­ды и кот­лы, и весь пе­ре­пач­кал­ся в са­же. Слу­ги и во­и­ны с тру­дом узна­ли его. Ко­гда он уви­дел се­бя. в зер­ка­ле, то по­ду­мал, что свя­тые му­че­ни­цы окол­до­ва­ли его, и ре­шил им ото­мстить.
На су­де Дул­ки­ций ве­лел об­на­жить пе­ред ним свя­тых му­че­ниц. Но во­и­ны, как ни ста­ра­лись, не мог­ли это­го сде­лать: одеж­ды как бы при­рос­ли к те­лам свя­тых дев. Во вре­мя су­да Дул­ки­ций вне­зап­но за­снул, и ни­кто не мог раз­бу­дить его. Но толь­ко его внес­ли в дом, он тот­час проснул­ся.
Ко­гда обо всем про­ис­шед­шем до­нес­ли им­пе­ра­то­ру Дио­кле­ти­а­ну, он раз­гне­вал­ся на Дул­ки­ция и пе­ре­дал свя­тых дев су­дье Си­си­нию. Тот на­чал свой до­прос с млад­шей сест­ры Ири­ны. Убе­див­шись в ее непре­клон­но­сти, он от­пра­вил ее в тем­ни­цу и по­пы­тал­ся при­ну­дить к от­ре­че­нию свя­тых Хи­о­нию и Ага­пию. Но и их невоз­мож­но бы­ло скло­нить к от­ре­че­нию от Хри­ста, и Си­си­ний при­ка­зал сжечь свя­тых Ага­пию и Хи­о­нию. Сест­ры, услы­шав при­го­вор, воз­бла­го­да­ри­ли Гос­по­да за му­че­ни­че­ские вен­цы. В огне Ага­пия и Хи­о­ния ото­шли ко Гос­по­ду с мо­лит­вой.
Ко­гда огонь по­гас, все уви­де­ли, что те­ла му­че­ниц и их одеж­да не опа­ле­ны ог­нем, а ли­ца пре­крас­ны и спо­кой­ны, как у лю­дей, уснув­ших ти­хим сном. На дру­гой день Си­си­ний при­ка­зал при­ве­сти на суд свя­тую Ири­ну. Он пу­гал ее уча­стью стар­ших се­стер и уго­ва­ри­вал от­речь­ся от Хри­ста, а по­том стал угро­жать от­дать ее на по­ру­га­ние в блу­ди­ли­ще. Но свя­тая му­че­ни­ца от­ве­ча­ла: «Пусть мое те­ло бу­дет от­да­но на на­силь­ствен­ное по­ру­га­ние, но ду­ша моя не осквер­нит­ся от­ре­че­ни­ем от Хри­ста».
Ко­гда во­и­ны Си­си­ния по­ве­ли свя­тую Ири­ну в блу­ди­ли­ще, их на­гна­ли два свет­лых во­и­на и ска­за­ли: «Ваш гос­по­дин Си­си­ний по­веле­ва­ет вам при­ве­сти де­ви­цу на вы­со­кую го­ру и оста­вить там, а за­тем прид­ти к нему и до­ло­жить о вы­пол­не­нии при­ка­за». Во­и­ны так и по­сту­пи­ли. Ко­гда они до­ло­жи­ли об этом Си­си­нию, тот при­шел в ярость, так как не да­вал та­ко­го рас­по­ря­же­ния. Свет­лые во­и­ны бы­ли Ан­ге­лы Бо­жии, спас­шие свя­тую му­че­ни­цу от по­ру­га­ния. Си­си­ний с от­ря­дом во­и­нов на­пра­вил­ся к го­ре и уви­дел на ее вер­шине свя­тую Ири­ну. Дол­го ис­кал он до­ро­гу к вер­шине, но так и не смог най­ти. То­гда один из во­и­нов ра­нил свя­тую Ири­ну стре­лой из лу­ка. Му­че­ни­ца крик­ну­ла Си­си­нию: «Я сме­юсь над тво­ей бес­силь­ной зло­бой и чи­стой, неосквер­нен­ной от­хо­жу ко Гос­по­ду мо­е­му Иису­су Хри­сту». Воз­бла­го­да­рив Гос­по­да, она лег­ла на зем­лю и пре­да­ла дух свой Бо­гу за день до Свя­той Пас­хи († 304).
Ве­ли­ко­му­че­ни­ца Ана­ста­сия узна­ла о кон­чине свя­тых се­стер и с че­стью по­греб­ла их те­ла.
…
Подробнее:
Не так мно­го жи­вых сви­де­тельств древ­не­го хри­сти­ан­ства до­шло до нас. Обыч­но со­бра­тья му­че­ни­ков, чле­ны хри­сти­ан­ской об­щи­ны то­го же го­ро­да, про­сто вы­ку­па­ли про­то­ко­лы до­про­сов и за­пи­си при­го­во­ров у рим­ских чи­нов­ни­ков, а за­тем рас­про­стра­ня­ли их для укреп­ле­ния вер­ных, пред­ва­ри­тель­но снаб­див крат­ким ком­мен­та­ри­ем.
Один из та­ких па­мят­ни­ков – “Му­че­ни­че­ство Ага­пии, Ири­ны, Хи­о­нии и прис­ных” (BHG = Bibliotheca Hagiographica Graeca / Ed. F. Halkin. Bruxelles, 1957. Vol. 1. 34), до­шед­шее до нас лишь в од­ной-един­ствен­ной ру­ко­пи­си (Cod. Vat. gr. 1660, 916 г.)
https://azbyka.ru/days/sv-irina-akvilejskaja
или
https://azbyka.ru/otechnik/Dmitrij_Rostovskij/zhitija-svjatykh/339

☦️
Священномученик Константин Жданов, пресвитер.
Священномученик Константин (Константин Дмитриевич Жданов) родился 22 марта 1875 года в местечке Старо-Шарковщина Дисненского уезда Виленской губернии. Отец Константина – священник Димитрий Жданов – был сыном причетника. Окончив в 1865 году Тверскую духовную семинарию, Дмитрий Владимирович преподавал в народных училищах Тверской и Ковенской губерний, а в 1876 году был рукоположен во иерея. Спустя два года отца Димитрия согласно его прошению назначили на Свято-Успенский приход местечка Старо-Шарковщина, где он и совершал свое пастырское служение до самой кончины. Дом, в котором жила семья отца Димитрия, находился рядом с церковью в очень живописном месте на берегу реки Дисны. Ждановы держали небольшое хозяйство, имели собственный сад, огород. София, мать Константина, занималась воспитанием детей и пела в церковном хоре. В семье Ждановых родилось девять детей. У Константина было четыре брата: Владимир, Иван, Ювеналий, Александр (умер во младенчестве) и четыре сестры: Надежда, Вера, Любовь и Мария. Жили скромно и дружно, в любви и согласии. Старшие дети учились в Вильно: мальчики – в духовной семинарии, девочки – в закрытой женской гимназии. По воспоминаниям старошарковщинских прихожан, отец Димитрий всегда стремился быть рядом с теми, кто нуждался в утешении и духовной поддержке. По первому зову, невзирая на погоду и время суток, он спешил к больным и умирающим для того, чтобы поисповедовать и причастить их Святых Христовых Таин. Все в округе почитали иерея Димитрия Жданова как истинного пастыря, безотказного и самоотверженного. Батюшка был весьма милостив к неимущим. Известно, что возле дома священника находилось помещение, которое в любое время года служило приютом для нищих.
Личный пример отца повлиял на формирование высоких нравственных качеств будущего священномученика Константина. Еще с детства жизнь Константина была неразрывно связана со служением Богу и ближним: помощь отцу при совершении богослужений, молитва в храме, забота о младших братьях и сестрах, послушание родителям…
В 1892 году в семнадцатилетнем возрасте Константин поступил в Литовскую духовную семинарию, находившуюся в Вильно. Но уже спустя два года в связи со смертью матери он вынужден был оставить учебу. Для того, чтобы помогать отцу содержать многочисленную семью, в 1895 году Константин устроился работать на Полесскую железную дорогу. Впоследствии с сентября 1898 по апрель 1900 года Константин состоял на службе в Полтавском отделении государственного банка. В этот период, находясь вдали от родительского дома, он не раз приезжал навещать своего отца, братьев и сестер, о которых всегда проявлял самую нежную заботу.
В 1900 году Константин Дмитриевич женился на Анне Степановне, дочери служащего, ставшей для него близким духовным другом и верной помощницей на жизненном пути. Вскоре, успешно сдав экзамены по богословским наукам при Литовской духовной консистории, Константин Жданов был возведен в сан диакона и определен к церкви деревни Юдищено Дисненского уезда. Однако его служение в Юдищено оказалось непродолжительным. Получив скорбное известие о смерти отца, диакон Константин подал прошение о перемещении на Старо-Шарковщинский Свято-Успенский приход, чтобы иметь возможность заботиться о своих младших, еще несовершеннолетних, братьях и сестрах. 1 апреля 1900 года прошение отца Константина было удовлетворено резолюцией архиепископа Литовского и Виленского Ювеналия (Половцева). 30 апреля того же года в Ковенском Петро-Павловском соборе епископ Ковенский Михаил (Ермаков), викарий Литовской епархии, рукоположил диакона Константина во священника. Так иерей Константин стал настоятелем Свято-Успенского храма в местечке Старо-Шарковщина.
Матушка Анна во всем была опорой для своего супруга. Анна Степановна пела в церковном хоре, принимала участие в жизни прихода. В 1902 году у отца Константина родился сын Георгий. Однако уже через два года матушка Анна умерла в возрасте двадцати семи лет. К нелегким пастырским трудам добавились семейные заботы. На руках у батюшки остался осиротевший младенец. Кроме того, ему по-прежнему необходимо было заботиться о своем несовершеннолетнем брате и сестрах. После смерти матушки Анны отцу Константину стала помогать по хозяйству Мария Леонтьевна Шабловская, проживавшая в семье Ждановых еще при отце Димитрии. Отец Константин тяжело переживал смерть супруги, и только любовь к Богу и ближним, искренняя вера в Промысл Божий помогли овдовевшему священнику перенести это испытание. Скорбь от потери матери в юношеском возрасте и сиротство собственного сына не могли оставить сердце отца Константина безучастным к детскому горю. Сохранились документальные свидетельства о том, что батюшка устраивал приюты для детей-сирот. Он также помогал обездоленным и убогим и за исполнение треб не только не брал платы, но, напротив, сам старался снабдить неимущих всем необходимым. Отец Константин был замечательным проповедником Слова Божия, строгим в вопросах веры и вместе с тем отзывчивым и милостивым к людям.
Иерей Константин совершал свое служение в Свято-Успенском приходе местечка Старо-Шарковщина в продолжение девятнадцати лет, и здесь в полной мере раскрылся дарованный ему от Господа пастырский талант. Уже в первые годы служения в Старо-Шарковщине перед отцом Константином встал вопрос о строительстве нового храма, так как старый деревянный, построенный еще в 1639 году униатами, к концу XIX века совсем обветшал.
В 1901 году отец Константин и старо-шарковщинские прихожане обратились с письменным прошением к архиепископу Литовскому и Виленскому Ювеналию о выделении денег на постройку нового храма. Возвести церковь за счет приходских средств не представлялось возможным, так как каких-либо сбережений приход не имел. Кроме того, прихожане, число которых составляло к тому времени около двух с половиной тысяч, находились в крайней бедности по причине неурожаев, повторявшихся шесть лет подряд. Однако эти трудности не останавливали двадцатишестилетнего священника, всю свою надежду возлагавшего на Господа. Еще до начала закладки новой церкви, в 1901–1902 годах, стараниями отца Константина на собранные им средства были выстроены два причтовых дома (один – для священника, другой – для псаломщика и приходских нужд).
В 1904 году на Литовской кафедре Высокопреосвященного Ювеналия (Половцева) сменил архиепископ Никандр (Молчанов). Отец Константин вместе со своими прихожанами направил на имя нового архипастыря очередное прошение об оказании помощи в строительстве храма. Однако и на этот раз вопрос оставался открытым в течение нескольких лет. Только в 1906 году было получено благословение Высокопреосвященного Никандра на формирование строительного комитета под председательством иерея Константина. В 1907 году последовало разрешение Государя Императора Николая II и Литовской духовной консистории на возведение нового храма. 3 июля 1908 года Дисненским благочинным священником Николаем Рафаловичем была совершена закладка новой Свято-Успенской церкви в местечке Старо-Шарковщина.
Всеми работами по постройке храма непосредственно руководил настоятель иерей Константин Жданов. Его тщанием был начат сбор денежных средств среди прихожан. Значительная часть средств, необходимых для строительства храма, была выделена по Высочайшему указу Императора Николая II из государственной казны. Для сбора пожертвований на иконостас отец Константин специально выезжал в Москву, где с этой целью посещал дома купцов и других состоятельных людей. Собранных таким образом денег оказалось достаточно, чтобы устроить великолепный, с золоченой отделкой, иконостас, который находится в Шарковщинском Свято-Успенском храме и поныне. 13 ноября 1912 года состоялось долгожданное событие – освящение новопостроенной Свято-Успенской церкви
Обремененный строительными заботами, отец Константин никогда не забывал и о своих пастырских обязанностях: совершал богослужения, наставлял в вере пасомых, занимался преподавательской деятельностью. В 1904 году он был назначен законоучителем Ждановского народного училища, а в 1908 году – законоучителем Сосновского и Григоровщинского народных училищ. За свое самоотверженное служение Православной Церкви иерей Константин Жданов был удостоен нескольких церковных наград. В 1908 году «за продолжительную и усердную службу» по ходатайству архиепископа Никандра (Молчанова) его наградили набедренником, в 1912 году «за пастырские труды» – скуфьей, в 1914 году – камилавкой. За свою преподавательскую деятельность батюшка был награжден медалью «В память 25-летия церковно-приходских школ».
Дальнейшее пастырское служение отца Константина проходило в самые сложные и переломные годы в истории России: Первая мировая война, революции 1917 года, установление советской власти… Нужно было иметь великую силу духа, чтобы сохранить веру и не оказаться предателем в тех сложнейших жизненных обстоятельствах.
Уже в 1917 году в жизни российского общества наступили великие перемены: могучая империя рухнула. Пришло время суровых испытаний для Русской Православной Церкви. Невзирая на политику открытого преследования, иерей Константин Жданов не покинул своего прихода. Пребывая рядом с паствой, он призывал прихожан к усиленной молитве, взаимопомощи, терпению в скорбях.
Весной 1919 года иерея Константина арестовали. По воспоминаниям очевидцев, он, совершив требу, возвращался домой от одного из своих прихожан и по дороге был задержан. Узнав об аресте своего батюшки, прихожане пытались спасти его: просили отпустить, предлагали даже выкуп. Их прогоняли, оскорбляли, но они продолжали настаивать на своем. Среди старо-шарковщинских жителей начался сбор подписей с просьбой освободить отца Константина. Учитывая это, власти отправили иерея Константина в Дисну, где вместе с ним содержался и настоятель Язненской Спасо-Преображенской церкви священник Михаил Синявский. Их ожидала общая участь. Поскольку арестованных в Дисне было очень много, старались побыстрее от них избавиться. Ночью 29 (16 ст. ст.) апреля заключенных после пыток и издевательств предали смерти. Среди обреченных на казнь был и отец Константин Жданов. Женщин, находившихся вместе с ними, конвоиры расстреляли в спешке неподалеку от города Дисны, а священнослужителей повели дальше через кустарник. Священник Михаил Синявский предложил отцу Константину бежать, на что последний ответил: «Я никому ничего плохого не сделал. Что Бог пошлет, то и буду терпеть». Тогда отец Михаил, воспользовавшись нерасторопностью конвоиров, скрылся в кустарнике. Он-то и рассказал людям о предсмертных страданиях отца Константина.
Конвоиры заставили священника выкопать себе могилу, после чего бросили его туда живым. Отец Константин начал просить их не совершать грех смертоубийства. Однако в ответ на уговоры его стали бить лопатой… Потом убийцы спросили священника, имеет ли он последнее желание перед смертью. Отец Константин сказал, что хотел бы помолиться. Ему позволили. Спустя некоторое время конвоиры оглушили отца Константина ударом по голове и затем забросали землей.
Прихожане не сразу узнали о смерти священника и все еще собирали подписи под новой петицией в его защиту. Мария Леонтьевна Шабловская, помогавшая по хозяйству отцу Константину, вскоре приехала с прошением в Дисну, где ей и рассказали о совершившемся. Тогда Мария Леонтьевна и прихожане Свято-Успенской церкви Григорий Никифорович Вышинский и Иван извлекли из земли тело убиенного батюшки.
25 июня 1919 года тело иерея Константина Жданова было облачено в новые священнические одежды и погребено в склепе под алтарем Дисненской кладбищенской Свято-Одигитриевской церкви Там оно пребывало почти девяносто лет. На протяжении всего этого времени отца Константина, безвинно пострадавшего в годину гонений, все православные Шарковщинской округи почитали как священномученика. В память о своем настоятеле прихожане поместили на стене Свято-Успенской церкви портрет отца Константина, выполненный по сохранившейся фотографии.
По благословению архиепископа Полоцкого и Глубокского Феодосия (Бильченко) 20 августа 2008 года честные останки священномученика Константина были извлечены из-под спуда. Честные останки отца Константина по обретении были переложены в новый гроб и помещены в Воскресенском храме города Дисны.
В 2009 году Святой Синод Белорусской Православной Церкви направил соответствующие документы в Синодальную комиссию по канонизации святых Русской Православной Церкви, откуда было получено положительное решение. 13 марта 2010 года богоугодное начинание Белорусской Церкви благословил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.
В связи с готовившейся канонизацией иерея Константина его честные останки 27 декабря того же года были доставлены в Полоцкий Спасо-Евфросиниевский монастырь, где совершалось их переоблачение и освидетельствование. По завершении освидетельствования честные останки отца Константина были облачены в новые священнические одежды, изготовленные сестрами Полоцкого Спасо-Евфросиниевского монастыря, и положены в гроб.
3 июня 2011 года состоялось прославление иерея Константина Жданова в лике местночтимых святых Полоцкой епархии. В тот же день в Воскресенском храме города Дисны была совершена Божественная литургия с чином канонизации. В настоящее время мощи священномученика почивают в Воскресенской церкви с правой стороны от алтаря в специально изготовленной для них резной деревянной раке.
11 марта 2020 года решением Священного Синода Русской Православной Церкви имя священномученика Константина было включено в Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской.

☦️
Икона Богородицы Ильинская (Черниговская).
Ильин­ско-Чер­ни­гов­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри бы­ла на­пи­са­на в 1658 го­ду ико­но­пис­цем Гри­го­ри­ем Кон­стан­ти­но­ви­чем Ду­бен­ским, в мо­на­ше­стве Ген­на­ди­ем. В 1662 го­ду в те­че­ние 8 дней, с 16 по 24 ап­ре­ля, от ико­ны ис­те­ка­ли сле­зы. В том же го­ду та­та­ры на­па­ли на Чер­ни­гов и ра­зо­ри­ли его. В пол­ночь они во­рва­лись в Тро­иц­кую оби­тель, во­шли в цер­ковь, опро­ки­ну­ли все ико­ны, взя­ли всю утварь, но чу­до­твор­ная ико­на со все­ми укра­ше­ни­я­ми оста­лась непри­кос­но­вен­ной. Неви­ди­мая си­ла не до­пу­сти­ла нече­стив­цев до свя­той ико­ны. Ца­ри­ца Небес­ная не до­пу­сти­ла так­же, чтобы вра­ги во­шли в пе­ще­ру пре­по­доб­но­го Ан­то­ния Пе­чер­ско­го, где скры­ва­лась бра­тия оби­те­ли. Вне­зап­но, как бы устра­шен­ные непо­сти­жи­мым ви­де­ни­ем, та­та­ры об­ра­ти­лись в бег­ство.
Чу­де­са Бо­жи­ей Ма­те­ри от Ее Чер­ни­гов­ской ико­ны опи­сал свя­ти­тель Ди­мит­рий Ро­стов­ский (па­мять 28 ок­тяб­ря и 21 сен­тяб­ря) в кни­ге «Ру­но Оро­шен­ное». Позд­нее о Чер­ни­гов­ской иконе Бо­жи­ей Ма­те­ри пи­сал свя­ти­тель То­боль­ский Иоанн († 1715, па­мять 10 июня).
Чу­до­твор­ный спи­сок Чер­ни­гов­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри, на­хо­див­ший­ся в Геф­си­ман­ском ски­ту Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры, про­сла­вил­ся в 1869 го­ду.
…
Изображение:
https://azbyka.ru/days/ikona-ilinskaja-chernigovskaja

☦️
Икона Богородицы Тамбовская (Уткинская).
В 1686 го­ду свя­ти­тель Пи­ти­рим при­е­хал в Там­бов и вме­сте с про­чи­ми свя­ты­ня­ми при­вёз спи­сок (ко­пию) ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри, име­ну­е­мой Ильин­ско-Чер­ни­гов­ской, счи­та­ю­щей­ся по­кро­ви­тель­ни­цей Юго-За­пад­но­го края. По­это­му по­став­ле­на бы­ла ико­на на юго-за­пад­ных го­род­ских во­ро­тах. Со вре­ме­нем ико­ну ста­ли на­зы­вать Там­бов­ской, тем бо­лее что в ико­но­пис­ном об­ра­зе бы­ли неко­то­рые от­ли­чия от Ильин­ско-Чер­ни­гов­ской: по обе сто­ро­ны от Бо­го­ро­ди­цы, спра­ва и сле­ва, бы­ли изо­бра­же­ны пред­сто­я­щие: свя­той Алек­сий, че­ло­век Бо­жий, и пре­по­доб­ная Ев­до­кия. Пред­по­ла­га­ют, что это Небес­ные по­кро­ви­те­ли ро­ди­те­лей епи­ско­па Пи­ти­ри­ма, и, вполне воз­мож­но, что сам он и на­пи­сал об­ра­зы этих свя­тых.
Поз­же на ме­сте юго-за­пад­ных го­род­ских врат со­ору­ди­ли неболь­шую де­ре­вян­ную цер­ковь во имя свя­тых апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла. В этой церк­ви и пре­бы­ва­ла ико­на. А ко­гда ку­пец Иван Ут­кин по­стро­ил на свои сред­ства в 1771–1778 гг. ка­мен­ную Ар­хи­ди­а­ко­но-Сте­фа­ни­ев­скую цер­ковь, то Там­бов­скую ико­ну пе­ре­нес­ли сю­да и по­ме­сти­ли в ал­та­ре над жерт­вен­ни­ком. Цер­ковь в на­ро­де ста­ли на­зы­вать по име­ни стро­и­те­ля Ут­кин­ской, а ико­ну впо­след­ствии со­вер­шен­но за­бы­ли.
Но Ца­ри­ца Небес­ная са­ма о се­бе на­пом­ни­ла. В на­ча­ле XIX ве­ка од­но­му ка­луж­ско­му за­штат­но­му свя­щен­ни­ку, ко­то­рый стра­дал бо­лез­нью ног и не мог хо­дить, во сне яви­лась имен­но эта ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри, и бы­ло ска­за­но: «Оты­щи эту ико­ну. Мо­лись пе­ред ней, и ты по­лу­чишь ис­це­ле­ние». По­сле это­го сна свя­щен­ник по­лу­чил неко­то­рое об­лег­че­ние от сво­ей бо­лез­ни, так что смог хо­дить, и тот­час при­нял­ся разыс­ки­вать уви­ден­ную во сне ико­ну. По­се­тив раз­ные се­ле­ния и го­ро­да, он, на­ко­нец, до­брал­ся до Там­бо­ва, где, осмот­рев все церк­ви, об­на­ру­жил ту са­мую ви­ден­ную во сне ико­ну в ал­та­ре Ут­кин­ско­го хра­ма, а по­сле мо­лит­вы пе­ред ней по­лу­чил со­вер­шен­ное ис­це­ле­ние. Этот слу­чай стал ши­ро­ко из­ве­стен в го­ро­де, и по­сле него бы­ло ещё несколь­ко чу­дес­ных ис­це­ле­ний го­ро­жан.
Там­бов­ская ико­на сно­ва ста­ла из­вест­на, и ко­гда в 1835 го­ду ста­рая Ут­кин­ская цер­ковь был зна­чи­тель­но рас­стро­е­на, то по прось­бе го­ро­жан пра­вый при­дел освя­ти­ли в честь Там­бов­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри. С те­че­ни­ем вре­ме­ни бла­го­дар­ные там­бов­цы усерд­но укра­ша­ли ико­ну: по­яви­лась рос­кош­ная среб­ро­по­зла­щён­ная ри­за, мно­же­ство дра­го­цен­ных кам­ней. Слу­чаи ис­це­ле­ния, быв­шие от ико­ны, не успе­ва­ли за­пи­сы­вать. В 1888 го­ду по рас­по­ря­же­нию Свя­тей­ше­го Си­но­да из всех церк­вей го­ро­да 16 ап­ре­ля в честь Там­бов­ской ико­ны стал со­вер­шать­ся крест­ный ход, а в 1900 го­ду са­му цер­ковь ста­ли име­но­вать Бо­го­ро­дич­ной.
По­сле ре­во­лю­ции там­бов­ские хра­мы ра­зо­ри­ли, по­стра­да­ла и чу­до­твор­ная ико­на. С ико­ны сня­ли ри­зу, вы­ко­вы­ря­ли кам­ни, а са­ма она бес­след­но ис­чез­ла. В го­ро­де име­ют­ся чти­мые спис­ки чу­до­твор­но­го об­ра­за.
…
Изображения:
https://azbyka.ru/days/ikona-tambovskaja-utkinskaja